ДЕПРЕССИЯ · КНИГА ИЗ 60 ГЛАВКАРТОЧКА 13

Тяжелый депрессивный эпизод без психотических симптомов

Совместная оценка тяжелого страдания, функционирования и жизненно важных потребностей
МКБ-10F32.2
01

Общие сведения

Отсутствие психотических симптомов не означает, что депрессия легкая или безопасная. При F32.2 эмоциональные, когнитивные и физические возможности человека могут быть резко ограничены. Пациенту трудно выполнять даже такие простые действия, как прием пищи, умывание, одевание или общение. Иногда его спокойствие создает у стороннего наблюдателя впечатление благополучия, однако за ним может скрываться выраженная заторможенность.

В этой главе рассматриваются распознавание тяжелой депрессии, ее отличие от психоза и обоснование необходимого уровня помощи. Глава не является индивидуальной схемой лечения. При непосредственной опасности, физическом истощении или неспособности ухаживать за собой экстренная клиническая оценка может потребоваться еще до окончательного оформления диагноза.

02

Критерии и клиническая гибкость

Клиническое руководство ВОЗ предполагает при тяжелом эпизоде наличие всех трех основных признаков и как минимум четырех дополнительных симптомов, причем некоторые из них должны быть значительно выражены. Обычная продолжительность составляет две недели, однако при очень быстром и тяжелом начале клинический диагноз может быть обоснован и после более короткого периода. [13.1]

Исследовательские критерии предусматривают наличие в общей сложности не менее восьми симптомов. Эти числа нельзя смешивать с перечнем симптомов из клинического руководства. В исследовании приоритетной задачей является стандартизация, а в клинической практике — понимание состояния пациента во всей его полноте. [13.2]

При выраженной ажитации или заторможенности пациент может быть не в состоянии подробно рассказать обо всех своих переживаниях. Неверно считать: «Он не ответил на вопрос, значит, симптома нет». Наблюдение, сведения близких и последующую оценку объединяют; отмечают, какие выводы надежны, а какие ограничены имеющимися данными.

03

Ангедония и эмоциональная пустота

При тяжелой ангедонии пациент может говорить не просто об отсутствии удовольствия от привычных занятий, а об ощущении утраты самой способности испытывать удовольствие. Он знает, что любит свою семью, но страдает оттого, что не ощущает этого чувства. Такое состояние нельзя объяснить нравственным суждением «стал равнодушен к близким».

Некоторые пациенты говорят: «Не могу плакать» или «Внутри совсем пусто». Отсутствие слез не означает, что страдание невелико. Вместе с тем эмоциональное онемение может наблюдаться и при диссоциации, воздействии лекарств или других состояниях; необходимо учитывать клинический контекст.

04

Психомоторная заторможенность и ажитация

Заторможенность может проявляться замедлением речи, длительными паузами перед ответом, уменьшением двигательной активности и трудностью начать действие. Пациенту необходимо дать время, не торопя его. Истолкование его замедленности как сопротивления или лени нарушает общение.

При ажитации пациент, напротив, может не находить себе места, потирать руки, постоянно ходить или говорить о невыносимом внутреннем беспокойстве. Такая активность не означает хорошего запаса энергии. Среди причин ажитации наряду с тяжелой депрессией рассматривают акатизию, действие психоактивных веществ, смешанную аффективную картину и другие состояния.

При резко сниженной подвижности, отсутствии речи или необычных двигательных признаках оценивают вероятность кататонии и других неврологических или медицинских причин. Такое состояние нельзя автоматически объяснять обычной «тяжелой подавленностью». Могут потребоваться дополнительная оценка специалиста и обследование физического состояния.

05

Самообслуживание и соматический риск

Выясняют особенности приема пищи и жидкости, изменение массы тела, соблюдение гигиены, подвижность, прием жизненно важных лекарств и возможность безопасного проживания. Если пациент говорит: «Нет аппетита», уточняют, что именно он съел и выпил за день. Цель здесь не в контроле питания, а в том, чтобы не упустить нарушение удовлетворения жизненно важных потребностей.

При тяжелой депрессии без внимания могут оставаться и физические заболевания. Пациент может не сообщать о боли или не иметь сил попросить помощи. Клинический осмотр, необходимые обследования и сотрудничество со специалистом соматического профиля не конкурируют с психиатрической помощью, а являются ее частью.

06

Как мы оцениваем отсутствие психоза?

Выраженное самообвинение и безнадежность при тяжелой депрессии возможны и без психоза. Отдельно уточняют характерную для бреда непоколебимость убеждения, отношение к доказательствам и особенности оценки реальности. Фраза пациента «Я всех мучаю» сама по себе не является бредом; выясняют ее смысл, степень убежденности и контекст.

Беседу о галлюцинациях, нигилистическом или ином психотическом содержании проводят, не вызывая у пациента чувства стыда. Если из-за ограниченного контакта надежно оценить психоз невозможно, это ограничение фиксируют. Формулировка «не выявлено» должна позволять понять объем проведенной оценки.

07

Риск и формат помощи

Отдельно оценивают суицидальные мысли, намерения, прежние действия, ажитацию, вероятность психоза и условия пребывания в одиночестве. Однако риск не ограничивается суицидом: недостаточное питание, обезвоживание, неспособность ухаживать за собой или получать важное медицинское лечение также имеют значение.

Одному пациенту могут подойти интенсивная амбулаторная помощь и надежная поддержка, другому потребуется обследование в стационаре. Решение определяется реальной потребностью, а не самим кодом. Учитывают права и пожелания пациента; вместе с тем при непосредственной опасности соблюдают местные правовые и клинические процедуры. [13.3]

08

Общие принципы лечения

При тяжелой депрессии необходим план активного лечения, основанного на доказательствах. Один из вариантов — сочетание антидепрессанта с индивидуальной психотерапией; выбор определяется клиническим состоянием, предыдущим ответом на лечение, предпочтениями пациента и практическими возможностями. Формат психотерапии следует адаптировать к способности пациента удерживать внимание и к его силам. [13.3]

Вначале вместо длительных сложных заданий могут понадобиться короткие, понятные и выполнимые шаги. Неспособность пациента выполнить задание не должна превращаться в нравственную оценку «у него нет мотивации». По мере облегчения симптомов интенсивность и объем работы увеличивают.

При тяжелой депрессии специалист может обсудить электросудорожную терапию, особенно если необходим быстрый ответ или другие методы лечения оказались недостаточными. При этом учитывают согласие, анестезиологическую и общую медицинскую оценку, соотношение пользы и риска, а также когнитивные эффекты. Ее объясняют как медицинский метод, не представляя наказанием и не навешивая ярлык «последняя надежда». [13.3]

09

Осторожная интерпретация первых улучшений

То, что пациент умылся или один раз улыбнулся в разговоре, не означает ремиссии. Аналогично, изменение уровня энергии и изменение безнадежности могут происходить не одновременно. Повторная оценка риска продолжается на протяжении всего лечения; кратковременный положительный сдвиг не отменяет наблюдение автоматически.

Рассматривают побочные эффекты, соблюдение режима приема лекарств, сон, питание и функционирование. Если пациент говорит: «Лекарство не помогает», вместо того чтобы считать это нетерпением, выясняют длительность и особенности приема, произошедшие изменения и возникший дискомфорт. Решения о лечении пересматривают с учетом новых сведений.

10

Учебный пример: тяжесть за внешним спокойствием

Условный пациент на приеме мало говорит, его голос тихий, на ответ требуется значительное время. Близкий говорит: «Он не ссорится, только лежит». В беседе выявляют почти полное отсутствие удовольствия в течение трех недель, сильное чувство вины, уменьшение приема пищи и неспособность ухаживать за собой. Внешнее спокойствие не уменьшает потребности в помощи.

При оценке наряду с депрессивным синдромом проверяют наличие делирия, кататонии, неврологического заболевания и действия лекарств. Прямо спрашивают о суициде, оценивают психоз. План помощи не ограничивается назначением даты психотерапии, а охватывает также физические потребности и безопасность.

11

Общение с близкими

Семье объясняют, что малоподвижность пациента может быть проявлением заболевания. Принуждение, обвинения или сравнение с другими могут не приносить пользы. Помощь должна быть простой и конкретной: безопасные условия, содействие посещению врача, поддержка питания и режима дня.

Вместе с тем близкие не должны брать на себя функции специалиста. Договариваются, при каких изменениях нужно обратиться незамедлительно, с кем связаться и какая помощь ожидается. Сохраняются конфиденциальность и согласие пациента с необходимыми исключениями, связанными с безопасностью.

12

Адаптация к замедленности на приеме

При тяжелой заторможенности несколько вопросов одновременно еще больше затрудняют ответ. Полезны короткие вопросы, достаточные паузы и неторопливое выслушивание. Необязательно сразу заполнять молчание новым вопросом. Уменьшение речи пациента не означает автоматически, что он не слышит или ничего не понимает. Способ общения адаптируют к его клиническим возможностям.

Иногда пациент общается кивками или короткими ответами. Специалист должен понимать ограничения сведений, полученных таким способом. Ответ «да» на длинный сложный вопрос не означает подтверждения всех его частей. Необходимые сведения выясняют по частям, проверяют понимание и дополняют непосредственным наблюдением.

13

Выраженное чувство вины и реальная ответственность

При тяжелой депрессии пациент может воспринимать обычную ошибку как доказательство полной несостоятельности своей личности. Не отрицая его реальной ответственности, специалист исследует, насколько глобальным и несоразмерным стал вывод. Необоснованное утешение «Вы ни в чем не ошиблись» может показаться пациенту неубедительным. Реальный факт отделяют от депрессивной интерпретации.

Например, пациент, опоздавший на работу, может думать: «Я всем испортил жизнь». В беседе рассматривают реальные последствия события и обобщение пациента. Если убеждение приобретает стойкий психотический характер, вновь оценивают F32.3 и другие возможные состояния. Поэтому чувство вины следует исследовать не только по интенсивности, но и по форме мысли.

14

Принятие решений и согласие

При тяжелой депрессии безнадежность может снижать ожидание пользы от лечения. Высказывание «Ничто не поможет» нельзя автоматически принимать за осознанный отказ или отсутствие способности принимать решения. Оценивают, может ли пациент понять информацию, применить ее к своему состоянию, сопоставить варианты и выразить выбор. Этот процесс связан с конкретным решением.

Информацию предоставляют короткими частями с учетом внимания пациента. Привлечение близкого человека может быть полезно в зависимости от согласия пациента и условий безопасности. Однако согласие близкого не подменяет автоматически права пациента. Если возникает вопрос о способности принимать решения или о непосредственной опасности, действуют в соответствии с местными правовыми нормами и порядком учреждения.

15

Объяснение направления в стационар

Пациент и семья могут воспринимать стационар как наказание или признак безнадежности. Специалист объясняет конкретную цель: обеспечение безопасности, восстановление питания и физического состояния, тщательное наблюдение за лечением или оперативная специализированная помощь. Не все тяжелые эпизоды лечат в одном формате, однако основание решения должно быть понятно.

Если выбрана амбулаторная помощь, она также должна быть активной и реально осуществимой. Определяют приемы, поддержку, обеспечение лекарствами и физические потребности, контакт для вопросов безопасности и действия при ухудшении. Общего факта «дома есть близкие» недостаточно; проверяют их реальные возможности и безопасность среды.

16

Клиническое наблюдение за питанием и движением

При тяжелом состоянии недостаточно оценивать питание только вопросом об аппетите. Рассматривают фактический прием пищи и воды, динамику массы тела, слабость и медицинские признаки. При необходимости привлекают специалиста соматического профиля. Вместо принуждения к еде или попыток пристыдить пациента выясняют причину трудности и степень риска.

Малоподвижность тоже может иметь различные причины: психомоторную заторможенность, боль, действие лекарств, неврологическую проблему или физическую слабость. Специалист соотносит план восстановления двигательной активности с этой картиной. Общей рекомендации «занимайтесь спортом» для сильно ослабленного пациента недостаточно; нужен поэтапный подход с учетом безопасности и возможностей.

17

Три области оценки ответа на лечение

Первая область — симптомы: настроение, ангедония, энергия, содержание мыслей и психомоторное состояние. Вторая — повседневное функционирование: питание, гигиена, выход из дома, общение и выполнение задач. Третья — безопасность: суицидальные мысли, возможность ухаживать за собой и получать необходимую помощь. Все три области могут улучшаться с разной скоростью.

Например, пациент уже умывается и ест, но все еще испытывает сильную безнадежность. Мы признаем этот функциональный сдвиг, однако повторно оцениваем риск. Или пациент говорит: «Настроение немного лучше», но по-прежнему не может обеспечить основные потребности, оставаясь один. План лечения не сокращают на основании одного положительного признака.

18

Второй учебный пример: ошибочная интерпретация ажитации

Условный пациент на приеме быстро ходит, потирает руки и говорит: «Не нахожу себе места». Хотя внешне он выглядит активным, он жалуется на ангедонию, безнадежность и сильное страдание. Нельзя оценивать это как хорошую энергию или обычную нервозность. Проверяют связь ажитации с депрессией, акатизией, действием веществ и смешанным аффективным состоянием.

В беседе уточняют потребность во сне, скорость мыслей, изменения лекарственной терапии, употребление веществ и суицидальное намерение. Из-за неспособности пациента спокойно сидеть беседу можно разделить на короткие отрезки. Срочность и формат помощи определяют в соответствии с клиническим риском. Пример исправляет ошибочное представление «если движений много, депрессия не тяжелая».

19

Поддержка безопасности после улучшения

После тяжелого эпизода пациент может стремиться сразу вернуться к прежним рабочим и семейным ролям, или этого могут требовать от него. Однако уменьшение симптомов и восстановление устойчивого функционирования могут происходить не одновременно. Обсуждают постепенное возвращение, остаточные трудности и план поддержки. Чрезмерное испытание своих сил не должно сменяться страхом рецидива.

Записывают первые признаки эпизода, факторы, которые помогли, и план дальнейшего наблюдения. Пациент и семья знают, при каких изменениях следует обратиться раньше. Продолжение или изменение лечения осуществляют в соответствии с индивидуальным планом. Опыт тяжелого эпизода — не клеймо, определяющее все будущее пациента, а информация для последующей профилактики.

20

Краткая рефлексия для специалиста

Не принял ли я спокойствие пациента за безопасность? Конкретно ли спросил о пище, воде и гигиене? Проверил ли наличие психоза или счел его отсутствующим, потому что пациент сам о нем не сообщил? Указал ли в документации ограничения общения? Будет ли план лечения работать в реальных домашних условиях пациента? Эти вопросы возвращают внимание к основным потребностям при тяжелом состоянии.

Задача специалиста не только правильно выбрать код тяжести, но и организовать необходимую помощь человеку, который стоит за этим кодом. Клиническая точность, безопасность, уважение и сотрудничество дополняют друг друга. Даже когда пациент говорит очень мало, его достоинство, права и возможность восстановления остаются в центре общения.

21

Практические выводы главы

При F32.2 психоза нет, однако страдание, нарушение функционирования и угроза жизни могут быть серьезными. Критерии рассматривают вместе с клинической картиной; при ограниченном общении важны наблюдение и дополнительные сведения. Лечение, соматическую помощь, безопасность и наблюдение объединяют в единый план.

22

Источники

[13.1] WHO. ICD-10: Clinical Descriptions and Diagnostic Guidelines. 1992. F32.2. https://www.who.int/docs/default-source/classification/other-classifications/bluebook.pdf

[13.2] WHO. ICD-10: Diagnostic Criteria for Research. 1993. F32.2. https://www.who.int/docs/default-source/classification/other-classifications/grnbook.pdf

[13.3] NICE. Depression in adults: treatment and management. NG222. More severe depression; electroconvulsive therapy; further-line treatment. https://www.nice.org.uk/guidance/ng222/chapter/recommendations

[13.4] NICE. Self-harm: assessment, management and preventing recurrence. NG225. https://www.nice.org.uk/guidance/ng225/chapter/recommendations

Для учебных и информационных целей. Диагноз и лечение определяются врачом после оценки пациента.