ДЕПРЕССИЯ · КНИГА ИЗ 60 ГЛАВКАРТОЧКА 23

Дистимия

МКБ-10F34.1
01

За жалобой «я всегда такой»

Дистимия характеризуется длительным депрессивным настроением. Иногда пациент не может назвать точную дату начала: «мне всегда трудно радоваться», «я работаю, но не получаю удовольствия от жизни», «это мой характер». Врач воспринимает такое описание не как суждение о личности, а как клиническую информацию, которую необходимо проверить во временной перспективе.

Клиническое руководство ВОЗ описывает дистимию как хроническое депрессивное настроение, которое может продолжаться несколько лет, но по тяжести либо продолжительности отдельных эпизодов не соответствует требованиям рекуррентного депрессивного расстройства. В исследовательских критериях прямо установлен период не менее двух лет. Важно сохранять это различие: любая двухлетняя депрессия не становится автоматически F34.1. [1, 2]

02

Продолжительность сама по себе не является диагнозом

У пациента, который на протяжении двух лет непрерывно соответствует полным критериям депрессивного эпизода, возможен хронический эпизод. Нельзя переименовывать его в дистимию только из-за длительности. Кроме того, последовательность отдельных эпизодов с периодами восстановления между ними может указывать на F33. При определении дистимии совместно оценивают основной фон настроения, выраженность симптомов и их изменения во времени.

Критерии DCR учитывают постоянную или часто повторяющуюся подавленность на протяжении не менее двух лет, ограниченную продолжительность периодов относительно хорошего настроения и отсутствие гипоманиакального эпизода в этот период. Симптомы дистимии могут не соответствовать непрерывно полным критериям депрессивного эпизода, однако страдание и влияние на функционирование реальны. Слово «легкий» не должно использоваться в значении «незначимый».

03

Раскрыть клиническую картину

Возможны быстрая утомляемость, низкая самооценка, безнадежность, трудности концентрации, изменения сна или аппетита, плаксивость, малоречивость и ощущение повседневных обязанностей как тяжелого бремени. Выполняя основные задачи, пациент может скрывать внутреннее страдание. Поэтому ошибочно говорить «депрессии нет» только потому, что человек ходит на работу.

Во время беседы спрашивают о том, как проходит обычный день, о способности получать удовольствие, близких отношениях, отдыхе, самооценке и отношении к будущему. Вопрос «каким бывает хороший день для вас?» может показать степень относительного восстановления. Иногда человек настолько долго живет с подавленностью, что не может представить себе другую жизнь.

Начало жалоб в детстве или подростковом возрасте дает основание также оценить историю развития, семейную среду, травму, особенности нейроразвития и личности. Однако тяжелое детство само по себе не подтверждает дистимию. Диагноз опирается на симптомы и течение.

04

Отличие от личностных особенностей

Немногословность, серьезность и интроверсия не являются болезнью. При дистимии сниженное настроение, недостаток удовлетворения и страдание приобретают клиническое значение. Личностные особенности могут устойчиво проявляться в разных ситуациях, тогда как аффективные симптомы имеют собственную динамику, усиливаются и ослабевают. На практике оба явления могут сочетаться, поэтому жесткое противопоставление «характер или болезнь» не всегда достаточно.

Врач не должен говорить пациенту: «Вы такой человек». Эти слова превращают поддающиеся лечению симптомы в неизменную судьбу. С другой стороны, неверно объяснять все трудности человека в отношениях только дистимией. Аффективные, личностные и социальные факторы рассматривают отдельно.

05

Присоединившийся депрессивный эпизод

На фоне хронически сниженного настроения могут появиться ангедония, уменьшение энергии, суицидальные мысли и отчетливое ухудшение функционирования. В литературе такое состояние иногда называют «двойной депрессией». Термин может быть полезен для клинического описания, но не является самостоятельным кодом МКБ-10. Критерии текущего эпизода проверяют полностью и фиксируют согласно применяемым правилам кодирования.

Слова пациента «мне всегда плохо» могут скрывать новое ухудшение. Поэтому сравнивают обычный фон и текущее состояние: ходил ли он раньше на работу и может ли сейчас; сохранялась ли прежде часть способности получать удовольствие, а теперь исчезла полностью? Вновь возникшие суицидальное намерение или психоз не принимают за «обычную часть дистимии».

06

Дифференциальная диагностика

Для оценки вероятности биполярного течения спрашивают об анамнезе гипомании и мании. При циклотимии наряду с подавленностью могут существовать периоды повышенного настроения; оценивать такой анамнез только по фразе «иногда бывает хорошо» нельзя. Употребление веществ, влияние лекарств, эндокринные и другие соматические состояния также проверяют с учетом анамнеза и осмотра.

Хроническая тревога, нарушения сна, боль, длительная реакция горя и социальные трудности могут сопутствовать депрессивным симптомам или имитировать их. Учитывают содержание и течение горя, культурный контекст и связь с утратой. Жизненные трудности не исключают клинической депрессии, однако и любую тяжелую жизнь нельзя обозначать как болезнь.

07

Лечение и реалистичные цели

План лечения основывается на симптомах, функциональных потерях, ранее полученной помощи и предпочтениях пациента. При хронических депрессивных симптомах могут рассматриваться психотерапевтические и фармакологические варианты. В психотерапии работают с длительным самоуничижением, безнадежными ожиданиями, отказом от деятельности и проблемами отношений. Принуждение пациента к «позитивному мышлению» не заменяет терапию. [3]

Цели должны быть измеримыми и поэтапными: восстановить ритм сна, вернуться к одному значимому занятию в неделю, адаптировать рабочую нагрузку, улучшить социальные связи. После лечения оценивают не только настроение, но и участие пациента в жизни. При длительном состоянии изменения могут происходить медленно, но это не означает бесполезности лечения.

08

Как восстановить хронологию хронического состояния?

При дистимии пациент может не ответить на вопрос: «Когда вы в последний раз чувствовали себя хорошо?» Тогда полезна беседа по этапам жизни: школа, учеба, первая работа, создание семьи, переезд и другие важные периоды. Спрашивают, какими на каждом этапе были настроение, интересы, активность и отношения. Этот подход служит уточнению памяти, а не заранее определяет причину.

Периоды относительного благополучия также изучают подробно. Пациент мог хорошо работать, не чувствуя себя хорошо. Или в течение нескольких недель действительно восстанавливались интерес и надежда, после чего возвращался сниженный фон. Продолжительность и качество промежутков помогают отличить дистимию от рекуррентной депрессии. Если сохранились дневники или прежние записи, их сопоставляют с нынешними обобщенными воспоминаниями пациента.

09

Работа с убеждением «это мой характер»

Если пациент принимает длительные симптомы за собственную личность, надежда на лечение может быть слабой. В терапии обсуждают мысль «я таким родился и не изменюсь». Специалист не отвергает личность пациента и не предлагает принудительный оптимизм. Он помогает разделить симптом, привычку и ценность: например, быть серьезным человеком и не получать удовольствия ни от чего — не одно и то же.

Небольшие изменения дают возможность проверить это убеждение. Если, возобновив значимое занятие, пациент ощущает некоторое удовлетворение, это не означает изменения всей его личности; возможно, ослабла часть депрессивных ограничений. Опирающийся на такой опыт разговор практичнее общего совета «возьмите себя в руки».

10

Психотерапевтическая формулировка случая

При хронической подавленности руминации, самокритика, избегание и социальная изоляция могут взаимно поддерживать друг друга. Например, пациент считает себя неспособным и избегает новой задачи; отсутствие нового опыта не позволяет изменить убеждение; затем он снова оценивает себя как неспособного. Это не единый механизм всех случаев дистимии, а клиническая гипотеза, которую можно проверить у отдельного пациента.

Формулировку случая составляют вместе с пациентом, и она может меняться. Ее цель — не свести симптом исключительно к «неправильной мысли». Могут влиять и реальные обстоятельства: соматическое состояние, экономические трудности, насилие или одиночество. Терапия не должна заставлять человека приспосабливаться к реальной проблеме; она помогает изменить условия там, где это возможно, и найти эффективный ответ в остальных случаях.

11

При недостаточном ответе на лечение

Если после нескольких встреч изменений нет, не делают вывода «дистимия все равно не лечится». Пересматривают диагноз, сопутствующие расстройства, соответствие терапии, препятствия участию и цели. Если пациент не выполнил задание, выясняют причину: это могут быть трудности внимания, нехватка времени, страх, домашние условия или непонимание смысла задания.

При фармакотерапии также отдельно оценивают эффективность и нежелательные эффекты. Нарушения сна или тревога могли уменьшиться, тогда как основные депрессивные симптомы сохраняются. Отсутствие ответа на препарат не опровергает диагноз автоматически, но дает основание для повторной оценки. Важно сохранять долгосрочную цель и реалистично видеть промежуточные результаты.

12

Семья и социальная среда

Близкие могут воспринимать пациента как «вечно недовольного». Такое отношение усиливает конфликт, а пациент чувствует себя непонятым. С его согласия семье объясняют природу хронических депрессивных симптомов. Вместе с тем неправильно связывать с болезнью любой конфликт и полностью снимать с пациента ответственность в отношениях.

Цель помощи — уменьшить взаимные обвинения и выразить конкретные потребности. Общее высказывание «меня никто не понимает» можно превратить в практическую просьбу: «Мне помогло бы распределение вечерних обязанностей». Такая работа не заменяет лечения симптомов, но может создать благоприятную среду для восстановления.

13

Согласовать критерий восстановления с пациентом

При дистимии пациент может представлять «быть здоровым» как «никогда не огорчаться». Такая цель нереалистична и превращает небольшую печаль в признак неудачного лечения. Восстановление объясняют как улучшение обычного эмоционального диапазона, интереса, энергии и участия в жизни. Спрашивают, какой результат значим для самого пациента: проводить время с семьей, меньше перенапрягаться на работе или снова заинтересоваться чтением книг.

Наряду с симптоматической шкалой отслеживают эти личные цели. Если балл уменьшился, но пациент не почувствовал изменений в жизни, это расхождение обсуждают. И наоборот, улучшение деятельности не позволяет игнорировать остаточную безнадежность. При хроническом состоянии особенно ограниченно сводить результат к одному показателю.

14

Продолжительность болезни и надежда

Длительные симптомы могут утомлять и пациента, и специалиста. Однако большая продолжительность не является основанием отказываться от помощи. Реалистичная надежда отличается от обещания быстрого и полного результата: открыто обсуждают, какие изменения возможны, какие препятствия существуют и какой шаг предстоит сделать. Специалист не обещает «вы обязательно изменитесь за неделю», но и не отрицает возможности улучшения.

Если один метод не подходит, это не вина пациента. Повторно оценивают диагноз, сопутствующую проблему, терапевтические отношения и формат помощи. При длительном лечении важно показывать пациенту, что его мнение услышано. Информацию о заболевании также предоставляют не один раз, а повторяют по мере необходимости.

15

Учебный клинический пример

В условном учебном примере 34-летний инженер сообщает о сниженном настроении, низкой самооценке и недостатке радости на протяжении четырех лет. Он работает, но считает отдых «бесполезным». Восстановление анамнеза выявляет длительный сниженный фон, однако на всем его протяжении полные критерии депрессивного эпизода непрерывно не выполнялись. Гипомании в анамнезе нет. Соматические причины и причины, связанные с веществами, оценивают по клиническим основаниям.

Однако за последний месяц он перестал ходить на работу, ангедония резко усилилась и появились мысли о нежелании жить. Врач не просто повторяет F34.1: присоединившийся депрессивный эпизод и риск оценивают отдельно. Этот пример показывает, что хронический фон не должен мешать заметить новый эпизод.

16

Сравнительный учебный пример

В первой учебной ситуации человек много лет немногословен, но удовлетворен работой, семьей и занятиями в одиночестве; клинического страдания и функциональных потерь нет. Это не основание превращать интроверсию в дистимию. Во второй ситуации человек постоянно ощущает себя ничтожным, не получает удовлетворения ни от какой деятельности, считает будущее безнадежным, и это продолжается долго. Здесь необходимо проверить аффективное расстройство. Оба человека могут быть немногословны, но клиническое значение признака различается.

17

Заключительное сравнение для практики

Полный тяжелый депрессивный синдром, продолжающийся два года, и субсиндромальное снижение настроения той же длительности — не одно и то же. В первом случае проверяют хроническое течение эпизода, во втором — вероятность дистимии. Если к дистимическому фону присоединяется полноценный эпизод, новый синдром рассматривают отдельно. При выявлении гипомании в анамнезе аффективный диагноз пересматривают.

Это сравнение отличает F34.1 от простого ярлыка «длительная депрессия». Диагноз определяется сочетанием продолжительности, выраженности симптомов и структуры эпизодов. Слова пациента «я всегда такой» не завершают беседу, а, напротив, начинают более глубокое изучение.

18

Источники

[1] ВОЗ. Clinical descriptions and diagnostic guidelines. F34.1. https://www.who.int/docs/default-source/classification/other-classifications/bluebook.pdf

[2] ВОЗ. Diagnostic criteria for research. F34.1. https://www.who.int/docs/default-source/classification/other-classifications/grnbook.pdf

[3] NICE NG222. Chronic depressive symptoms. https://www.nice.org.uk/guidance/ng222/chapter/recommendations

Для учебных и информационных целей. Диагноз и лечение определяются врачом после оценки пациента.